Неистовство в Лягутландии

Неистовство в Лягутландии

Пн, 17 января

Школа

Quatre денька до нашего неистовства в Лягутландии.

Французский

M'sieur[53] Зовите-меня-Анри реально клевый и потрясающий. Он сказал нам, что мы будем делать во время нашей поездки в la belle France[54] и что нам нужно взять с собой. Мы остановимся в Hotel Gare du Nord[55], посетим Champs Elysee[56] и Центр Помпиду Неистовство в Лягутландии. Море увлекательного! Пришла мадам Слэк и забрала все бланки, которые мы носили домой на подпись родителям. Подписи удостоверяют, что даже если мы подожжем всех французов, администрация школы за это ответственность не понесет. Еще она произнесла:

– Девченки! В воскресенье днем будет экскурсионная поездка по выбору. Вы можете вкупе со Неистовство в Лягутландии мной познакомиться с прекрасной канализационной системой Парижа, подняться на Эйфелеву башню с мсье Ильбе-ром или пойти в Лувр с герром Камьером. Пожалуйста, подходите и запишитесь куда желаете.

Стоя в очереди, мы спорили, на какую экскурсионную поездку отправиться всей тусой. Джас была единственной, кто желал глядеть сточную канаву. Я Неистовство в Лягутландии спросила ее:

– Какой смысл спускаться в канализационные коллекторы?

– Это исторические объекты, и мы могли бы выяснить себе много нового.

Я произнесла:

– Напротив, мы узнаем много такового, что нам Понятно. К примеру, что французская сточная канава – такая же, как британская, только она французская. Джас была похожа на хорька с вытаращенными очами Неистовство в Лягутландии.

Я объяснила:

– Это просто туннели, полные французского дерьма. Чем французское дерьмо может отличаться от британского?

Итак, мы все пойдем на Эйфелеву башню с Класснейшим Анри.

Эллен увидела:

– Я с нетерпением жду поездки и все такое, но я буду скучать по Дейву: он таковой…

– Забавнй? – дала подсказку я Неистовство в Лягутландии.

– Да, – кивнула она и вся зарделась.

Тоже еще!

Я уже привыкла находиться в разлуке с Богом Любви.

Он дома только неделю, а сейчас я уезжаю из Великобритании.

Правда, время от времени я желаю, чтоб с ним было поприкольнее. Существует опасность, что за наружностью Бога Любви кроется благоразумный человек Неистовство в Лягутландии. Он ведь только-только купил велик, чтоб сберегать окружающую среду. И на этом он может не тормознуть… Он может приобрести и резиновые сапоги.

Четверг, 20 января

Спичка произнесла пред нами (не) известную на весь мир речь:

– Представители Англии за рубежом! Мы должны держать в голове, что несем на собственных плечах бремя ответственности Неистовство в Лягутландии за репутацию Английских островов.

Я прошептала Джулс:

– Я уже утомилась, а мы к тому же в поезд не сели.

12 ночи

Мне удалось засунуть все вещи в один ранец, забив его до отказа. Мы с Джас будем совместно воспользоваться некими вещами, чтоб сберечь место. К примеру, я везу гель для волос, а она Неистовство в Лягутландии увлажняющий крем. Но ее брюки я надевать не буду.

Mon amour[57] я произнесла au revoir[58].

ОН Опять приехал на собственном велике и еще (самое нехорошее) побеседовал с моим папой о Киви-гоу-ландии… и не застрелился от скукотищи. По сути он даже задавал вопросы, что обосновывало, что Неистовство в Лягутландии он очень интересовался маори[59], слушая моего отца. Очень удивительно.

21 января, пятница

На борту L’esprit

12 денька

Наконец мы на пути в la Belle France. Если мы когда-нибудь до нее доберемся, это будет волшебство, так как а) паром – французский и б) за рулем – маньяк. Когда мы отплывали из Ньюхейвена, мы отходили от причала и Неистовство в Лягутландии ворачивались трижды, так как капитан забывал дать швартовы.

13.00

Черт возьми? Нас мотает туда-сюда, как банки из-под кока-колы. Я желаю посетовать капитану (если его не выслали пневмопочтой домой, в неопасное место) и востребовать от него закончить вести нас на восьмидесятифутовые волны. Герр Камьер (трепетный Неистовство в Лягутландии боец за честь германской цивилизации и по совместительству – дурачина) только-только растерял равновесие, свалился и ввалился в двери дамского туалета.

13.15

В ресторане табличка «Soupe de joir[60]». Рози спросила у француза-официанта:

– А можно мне soup de вчера?

Но ей его не дали.

13.30

Шатаемся по палубам на штормовом ветру.

Я Неистовство в Лягутландии лицезрела Капитана Маньяка в его рубке.

13.32

Единственный метод устоять на ногах – схватиться за флагшток на корме.

13.35

Почему он не спускает с меня глаз? Я просто вцепилась в этот французский флаг, так как желаю дожить до Лягушландии. Как раз в этот момент корабль очень очень тряхнуло – и флаг остался у меня в Неистовство в Лягутландии руках.

14.30

Мадам Слэк, которая огромную часть круиза цеплялась за Класснейшего Анри (пристав к нему как банный лист) решила перевоплотить инцидент со снятием флага в огромное международное событие. Она настрекотала на лягушачьем капитану Маньяку и принудила его выйти на палубу (оставалось возлагать, что он кого-нибудь заместо себя оставил Неистовство в Лягутландии). Они много пожимали плечами, размахивали руками и орали.

Кстати, почему это у мадам Слэк две большие дорожные сумки? В одной у нее скотч и указка, а в другой – носовой платок? Разве допустимо, чтоб таковой даме в наше время доверяли работу с молодежью? Либо Франция – страна сумочных фетишистов? Как я произнесла Неистовство в Лягутландии Джас, даже у Анри есть малая сумка.

Рози произнесла:

– Для тебя точно придется спускать – я по трапу. Au revoir, mon amie![61]

– Почему ты думаешь, что капитан Маньяк отыщет трап? Я буду удивлена, если ему получится найти Францию.

Но я произнесла это тихо. Я не желала вызы-и Неистовство в Лягутландии.11ъ новейшую серию пожиманий плечами.

В конце концов, мадам Слэк именовала меня глуповатой миллион раз, что могло бы меня расстроить, но я полна благородства.

Мне пришлось извиниться перед капитаном Маньяком. По-французски.

16.45

Все еще на отстойном корабле, шатаемся туда-сюда в водах Атлантики либо где мы на данный момент находимся Неистовство в Лягутландии…

Вдруг Рози воскрикнула: «Земля! Слава Всевышнему, я вижу землю!» – и опустилась на колени. Это было забавно. Вобщем, нельзя быть ни в чем уверенным: это могла быть и Исландия.

Капитан Маньяк объявил по радио:

– Леди и жентальмен, мы приближамсь к Дьепп.

Я произнесла с безнадегой:

– Если повезет, к завтрашнему вечеру ему Неистовство в Лягутландии получится пристать.

9.00

Чудом выжив в путешествии на пароме, мы сели в поезд на Париж. Может быть, машинист был в берете, но нам все-же удалось прибыть в Hotel Gare du Nord в радостном Пари!!! Дама за стойкой произнесла:

– Добро пожаловать! Я покажу вам ваши комнаты.

Я задумывалась, французы Неистовство в Лягутландии прикалываются, когда. молвят с акцентом, но они не прикалываются, они просто являются французами. Вот поэтому, как я увидела Джас, я так их aime[62].

Класснейший Анри разрешил козырной тусе занять общую комнату! Обычно в классе нас делят, но здесь мы все шестеро опять совместно. Й-ес! Les девицы прибыли. Комната Неистовство в Лягутландии – клевая! У меня кровать рядом с окном. Я легла на нее и произнесла:

– Ах, вот какую сладкую жизнь я буду с этого момента вести!

Рози спросила:

– Какую? Жить в комнате с пятью дамами? Ты что, откроешь лесбиянскую ферму?

Мне пришлось ее достаточно здорово стук-путь подушкой по голове Неистовство в Лягутландии.

Джас привезла с собой фотографию, на которой они с Томом в «Морском мире», и поставила ее на столик около кровати. Эллен попробовала засунуть под подушку какую-то книгу, но я ее увидела.

– Это что? – спросила я.

– Ну… Это домашнее задание, которое я прихватила с собой.

Рози выхватила книжку и прочла заголовок Неистовство в Лягутландии: «Черное плечо, либо История страсти в южных морях».

Сейчас мы знаем, что за уроки она учит: исследования по поцелуям. Книга полуэротическая. Я перелистнула ее и отыскала отрывок, который можно было прочесть всей тусе: «Он пленял дам своим жестким гордым лицом, поджарым, отлично натренированным телом и аурой сексапильности, одичавшей Неистовство в Лягутландии, как у жеребца».

Рози произнесла:

– Прямо как Свен.

Джас спросила:

– Что, он как конь?

– Да.

– Одичавший?

– Естественно!

– До какого номера по нашей шкале вы дошли с этим конем?

– До восьмого.

Все взоры в комнате устремились на ананасы Рози, нужно признать, никак не огромные.

Эллен произнесла:

– А… это… от этого Неистовство в Лягутландии… твои нунга-нун-ги… растут?

Рози опустила глаза на свою грудь, проступающую под футболкой:

– Мне кажется, чуть-чуть вырастают. Но, но, не так, как у Джорджии.

Ой, нет. Неуж-то правда? Я задумывалась, мой нунгальтер положил конец таким дискуссиям. Чтоб поменять тему, я спросила Эллен:

– А до какого номера Неистовство в Лягутландии ты дошла с Дейвом?

Она вся зарделась:

– Ой, ну, вы понимаете, он вроде бы вправду неплохой, с ним отлично лобзаться…

Да, случаем я знаю, что он отлично лобзается.

Рози сейчас серьезно заинтересовалась:

– А он до чего-нибудь дотрагивался?

Эллен была такая красноватая, что чуть ли не взрывалась от Неистовство в Лягутландии смущения:

– Да, он гладил меня по волосам…

Мы даже не потрудились занести поглаживание по волосам в нашу шкалу поцелуев. Если б внесли, то под номером минус один.

Из окон нашей спальни видны парижские улицы и qarcon's[63] французского типа. Некие смотрятся полностью классно, только штаны у их коротковаты. Может Неистовство в Лягутландии быть, это таковой французский стиль? Я произнесла: «Посмотрите. Люди носят береты, хотя они даже не прогуливаются в школу. Разве что в школе обучаются до девяноста 4 лет».

Суббота, 22 января

Суббота в Париже

9.30

Ох, как j'aime[64] Париж! На завтрак у нас был круассан с шоколадом. Все французские детки макали круассаны в жаркий шоколад Неистовство в Лягутландии. Как это клево? Вкуснятина!

Мы с Класснейшим Анри направились на Эйфелеву башню. Я распевала во все гортань песню собственного сочинения «Париж, Париж, ты никогда не спишь», пока Рози не увидела, что когда я замолкну, злосчастный Париж наконец сумеет уснуть.

На Эйфелевой башне

11.00

Мы с Джас как-то откололись от Неистовство в Лягутландии других – в главном из-за того, что Джас окучивала меня, чтоб я сфотографировала ее с французскими голубями. Я предложила, когда снимки нам напечатают, подрисовать им полосатые футболки.

Другие ушли вперед, а нас поджимала сзади группа французских мальчишек-школьников, лет 9. Всегда – примерно миллион лет, – которое мы взбирались на башню, они Неистовство в Лягутландии смотрели снизу ввысь на наши юбки.

Джас это не тревожило, так как на ней были ее брюки для каникул (такие же большие, как те ежедневные, что она носит в Великобритании, но с оборочкой вокруг ластовицы). На мне были обычные трусы, и я старалась подниматься, не разжимая ног, что было нелегко. Каждый Неистовство в Лягутландии раз, как я оглядывалась, я и и дел а малеханьких мальчиков, которые пялились на меня, как на особо вкусную приманку.

Когда мы, в конце концов, оказались на верхушке, Джас произнесла:

– Ты сама повинна. Было надо надеть трусы попрактичнее.

Джас, fermez la bouche[65], а то я сама termer[66] для тебя Неистовство в Лягутландии рот.

О-ля-ля, бон Пари

14.00

Мы шли по берегам Сены в лучах зимнего солнца. Всюду игрались уличные музыканты и продавали птиц. Я желала взять с собой зяблика либо каких-нибудь неразлучников, но знала: они не протянут у меня и 2-ух минут – Ангус обязательно совершит нападение на дичь посреди Неистовство в Лягутландии ночи. Когда мы проходили мимо саксофониста, стоявшего в одной из арок, он закончил играть и стал делать движения руками, будто бы жонглировал. Это было особенно, потому что никаких предметов у него не было. Я произнесла Джас:

– Смотри-ка, у него никаких яиц нет!

Рози протянула: «Ой- э…», – и это вызвало у Неистовство в Лягутландии нас взрыв неконтролируемого хохота.

Джас увидела:

– Это он какую-то пантомиму разыгрывает.

Мим – жонглер? В конце концов, мы, к несчастью, сообразили, что он изображает, как будто жонглирует моими нунга-нунгами. Я 1-ая готова признать, что у меня паранойя на почве моих ананасов, но в этом случае даже Неистовство в Лягутландии для Джас было разумеется, что пред нами извращенец. Он указал на мою грудь, похотливо осклабившись, и, облизывая губки, опять «зажонглировал». Какая гадость!

Неуж-то я никогда не освобожусь от деспотии собственных ананасов? Я застегнула куртку как можно теснее.

Ночная вылазка

Анри повел нас вечерком по улице Сен-Дени и произнес:

– Тут Неистовство в Лягутландии ночные леди занимаются собственной профессией.

Джас увидела:

– Что-то я не вижу никаких ночных леди, только кучу проституток.

Время от времени ее неунывающая глупостность меня поражает.

По сути это место было надо бы именовать улица Бумер, так как все проститутки были точными копиями Близняшек-бу-мер. Только не Неистовство в Лягутландии такие прыщавые.

Сумочку носит не только лишь Анри. Огромное количество французских парней прогуливаются с сумочками. И никто не смеется. Прикольно! Я, пожалуй, тоже куплю сумочку – сувенир отцу.

Воскресенье, 23 января

За время пребывания в Париже герр Камьер достигнул головокружительных высот легкомыслия. Он дошел до того, что надел просторные штаны и джемпер с Неистовство в Лягутландии рисунком – коалами. Джас нежно произнесла:

– Может быть, это рождественский подарок его матушки.

Но я так не думаю. Мне кажется, он связал его сам. И, наверняка, горд этим.

13.00

Джас и Рози каждые 5 минут откалываются от компании, чтоб позвонить Тому и Свену.

Я бы позвонила Робби, но не знаю Неистовство в Лягутландии, что ему сказать. А что, если он спросит, что я делаю? Что я отвечу? «Я сорвала французский флаг, позже мальчишки заглядывали мне под юбку и, в конце концов, юноша с саксофоном жонглировал моими ананасами»? Ни за что ему об этом не поведала бы, но знаю, что по сути сходу бы все Неистовство в Лягутландии выпалила.

14.15

Герр Камьер разъяснял нам, как спрашивать вещи в магазинах. Я уже знаю, как это делать: нужно только попросить Класснейшего Анри пойти с вами в магазин и попросить, что вам необходимо. В конце концов, он-то французский знает. Но герр Камьер считает, что мы должны выучить всю эту ерунду. Потому Неистовство в Лягутландии он то и дело подходит к французам и задает им вопросы, что очень забавно, так как а) никто не догоняет, о чем он гласит и б) все они равно ничего бы ему не дали, так как он не француз.

Ой, я вообще-то вру. Ему удалось Неистовство в Лягутландии кое-что раздобыть. Он подошел к будке инфы для туристов и чуть не получил карту. «Тевочки, я вернусь через секунту с картой, и мы пойдем далее к Елисейским полям».

Он возвратился через 10 минут, дрожа, как ненормальный, с сувенирной тростью. Но без карты. Как я увидела Джулз:

– Трагичное событие: в информационном бюро для Неистовство в Лягутландии туристов молвят по-английски.

Использовать шанс сфоткать Сену

Мы попробовали стратегию с «Отойдите на шаг и, над, герр Камьер: не могу изловить в кадр наш джемпер!» на берегу Сены. Но до того как делать шаг, герр Камьер обернулся и, к огорчению, не упал в Сену. И сейчас Неистовство в Лягутландии у нас по сути есть фотка герра Камьера в джемпере.

Notre Dame

16.00

Очень готично. Вобщем, горбуна[67] и в помине нет. Итак, с расчудесным проявлением воображенчества (также после того, как герр Камьер, Анри и мадам Слэк вошли в собор), девчонки из козырной тусы загримировались под горбуна (ранец под куртки). Все были готовы толкаться по Неистовство в Лягутландии окружении и выть «Колокола, колокола!», но здесь мы с Джас ступили на край газона, чтоб сфоткать козырную тусу с горбами на фоне Нотр-Дам (очень исторично). Вдруг вокруг нас разразился ад. Раздались свистки, и какие-то полные психи стали кричать на нас в мегафон по-французски Неистовство в Лягутландии. Позже нас окружили мужчины в мундирах. Я задумывалась, нас сгноят в Бастилии.

Я спросила у Джас:

– Что мы сделали? Спроси у кого-нибудь. Она ответила:

– Это ты заняла 1-ое место по французскому. Ты и спрашивай.

К огорчению, я вышла на 1-ое место только для того, чтоб досадить мадам Слэк. Я Неистовство в Лягутландии выучила 20 5 слов и постаралась отвечать на хоть какой вопрос только этими словами.

Как раз в этот момент нам на выручку подбежал Анри. Он начал орать и пожимать плечами, и все кругом стали пожимать плечами. Даже юноша, торговавший кормом для птиц. Понятия не имею, он-то какое ко всему этому имел отношение Неистовство в Лягутландии?

Я оборотилась к тусе:

– Дождитесь огромного группового пожатия плечами и летите как ветер в Нотр-Дам, там вы получите убежище. Мы должны умолить священников спасти нас.

В конце концов, все выяснилось. Крезанутый французский патруль на поверку оказался смотрителями парка. Разумеется, на их травку нельзя наступать, от этого они приходят Неистовство в Лягутландии в бешенство!

Мадам Слэк выступила со собственной известной на весь мир лекцией: «Опять несколько ложек дегтя попортили репутацию Англии» и выдала нам медали, другими словами оценки, за нехорошее поведение.

Я произнесла Джас:

– Смотри-ка, мы вершим новейшую историю Великобритании!

21.30

Сейчас вечерком Анри водил нас в ресторан. Это было Неистовство в Лягутландии реально клево, если не считать старенького запивохи за пианино, который все стонал «Je ne regrette rien»[68]. Эллен спросила:

– О чем это он?

Я ответила по-французски, что он ни о чем же не жалеет. А следовало бы! К примеру, он был должен пожалеть, что взялся за эту Неистовство в Лягутландии песню.

Анри произнес, что это известный французский певец. Нужно же!

Очень, очень смешной вечер. На нашем столе лежало меню. Первым пт значились лягушачьи лапки. Когда подошел официант, он заговорил вроде бы по-английски:

– Хороший вечер, мадемуазели. Что я могу вам предложить?

Я произнесла:

– S'cuse moi[69], у вас есть Неистовство в Лягутландии лягушачьи лапки? Он улыбнулся:

– Да, мадемуазель.

Тогда я ответила:

– Тогда спрыгайте мне за сэндвичем!

Мы смеялись миллион лет. Даже официанту это показалось весело. Но мадам Слэк, услышав, что вышло, произнесла, что мы «легкомысленные».

Пн, 24 января

Последнее утро в Бон-Пари

Сижу в одиночестве в кафешке, так как козырная туса отправилась глядеть на французских мужчин Неистовство в Лягутландии. Я даже заказала для себя чашечку кофе и круассан. Вообще-то, он больше похож на сэндвич с яичком (так как он и есть сэндвич с яичком), но это, по последней мере, не трость.

Центр Понпиду

Посреди денька

Нереально пройти из-за психов с белоснежными лицами, сосредоточившихся посреди центра. Некие из их Неистовство в Лягутландии стоят как вкопанные по 100 лет, выкрашенные в белоснежный цвет, как будто скульптуры. Позже, когда на их надоедает глядеть, они медлительно пошевелят пальцем либо подымут ногу и опять застынут.

А люди за это кидают им в шапки средства.

Я произнесла Рози:

– Какой смысл в выступлении этих мимов? Почему бы Неистовство в Лягутландии им напрямик не гласить, что им от тебя необходимо?

Позже я увидела, что потрясающий garcon[70], наблюдающий за белолицыми психами, по сути глядит на меня. Я пару раз ловила на для себя его взоры. Он был красивый, очень красивый. И штаны у него были относительно обычные. И на нем Неистовство в Лягутландии не было берета. И он был без сумочки.

Он повстречался со мной взором и улыбнулся мечтательно. Он был очень красивый, с неописуемо темными кучерявыми волосами. Но я – зона, свободная от краснопопости, потому я должна была его игнорировать, пока он не ушел. Что ж, как говорится, c'est la guerre Неистовство в Лягутландии[71]. Либо не говорится? Не знаю. Как я всегда говорю мадам Слэк: «Французский язык для меня – иностранный».

Спустя 5 минут

Потрясающий француз возвратился и принес мне красноватую розу! Он произнес:

– Самой прекрасной девице!

Позже поцеловал мне руку, кивнул и скрылся в массе. (Честно!)

Козырная туса – в отпаде. Мы обсуждали это событие Неистовство в Лягутландии целую вечность. Это не подпадало ни под один пункт шкалы поцелуев. И это не было «увидимся позже». Может быть, я должна была пойти за ним? Либо мне следовало сделать с розой чего-нибудть эротическое?

Как я много раз гласила, очень мудростно, мужчины в мире – потаенна вселенной!

Au revoir

Мы сели в поезд и Неистовство в Лягутландии произнесли «au revoir» городку романтики и любви. Мы увозили домой наши мемуары. Что еще больше принципиально, мы везли большие береты для наших комедий!

Мы отыскали их в сувенирной лавочке на вокзале, где также продавались музыкальные шкатулки в виде Эйфелевых башен, исполнительницы канкана в нудиках и другие неповторимые сувениры Неистовство в Лягутландии. Береты были огромные, с ребром жесткости, зашитым по краю, так что он отстоял от головы на целый фут[72]. Искрометно!!! Они прикольные до невозможности! Любая из нас купила по штуке. Не могу дождаться, когда смогу надеть собственный в школу. По сопоставлению с ними наши береты, когда мы подкладывали Неистовство в Лягутландии в их контейнер с завтраком, выглядели убого классическими.

Когда мы сели в поезд, мадам Слэк удалилась в учительское купе, возможно, поболтать с класснейшим Анри про сумочки, которые они знают и обожают. Мы пользовались возможностью примерить свои береты. Когда поезд тронулся, мы все вшестером высунули в окна вагона головы в большенных Неистовство в Лягутландии беретах. Мы выли: «АС REVOIR, PARIS!» и «МЫ ВСЕ ТЕБЯ ЛЮБИМ!»

И представте, люди на платформе стали махать нам руками и орать что-то ободряющее. Я думаю, они нам вожделели счастливого пути.

Когда мы пробовали сырные сэндвичи, припасенные в дорогу, я спросила у Джас:

– Как, по-твоему, эти французы Неистовство в Лягутландии задумываются, что нам по сути нравятся наши береты?

Джас ответила:

– Нет, они задумываются, что мы англичанки и поэтому все ненормальные.

– Как они могли такое пошевелить мозгами, – присоединилась к дискуссии Рози.

Только тогда я увидела, что на ней не считая берета к тому же липовые усы. Ой, как мы Неистовство в Лягутландии смеялись!

На пароме по пути домой

Путь домой обошелся без приключений, так как капитан у нас был обычный (т. е. британец). И еще у нас были чипсы. МНОГО чипсов!

Я была прямо растрогана, когда увидела дуврские утесы, пока не сообразила, что мы едем не в Дувр и это какие-то отстойные Неистовство в Лягутландии старенькые утесы в другом месте.

12 ночи

Прибыла домой к собственной любящей семье. Подходя к дому, я встретила Ангуса, который прямо передо мной перемахнул через стенку и, проходя мимо, игриво куснул меня за щиколотку. Я отворила дверь и завопила: «C'est moi! Ваша дочь опять дома, откупорьте откормленного тельца и…» Ангус первым протолкнулся Неистовство в Лягутландии ко мне, а папа закричал:

– Выбросьте в сад чертова кота! Дом полон блох!

Я сердито произнесла Ангусу:

– Ангус, не заходи в дом, в нем много блох! Но вождь крезанутых не отыскал эту реплику забавнй. Хотя она и остроумна.

00.10 Хотя бы Либби была рада меня созидать. Когда я Неистовство в Лягутландии вошла, она пробудилась и произнесла:

– Пгивет, Джинжи!!!

Она нарисовала для меня открытку – кошачий ансамбль. Солистом-вокалистом был Ангус, только неясно, почему ввысь ногами. Публика – мелкие домашние мышки и полевки – в элегантных дискотечных нарядах.

К тому времени, как я распаковала собственный багаж, Либби опять заснула – на моей кровати и с «дгузями». Она Неистовство в Лягутландии такая хорошая, когда дремлет. Я поцеловала ее в щечку. Как я буду без нее, когда уеду в Америку? Я даже незначительно поплакала – наверняка, на меня так подействовало путешествие на корабле.

В момент когда я проваливалась в страну дремы, в комнату вошла маман. Похоже, она испила пару бокалов vino tinto Неистовство в Лягутландии[73], так как на ее лице был маленький румянец.

– Привет, милая! Добро пожаловать домой. Как во Франции?

– Fantastique!

– Это пришло для тебя, – и она протянула мне письмо. Почерк Бога Любви. Bay и гип-гип вау!

Мать села ко мне на кровать.

– Классно провела время?

– Oui, tres sportif Неистовство в Лягутландии[74]. Ну все, размеренной ночи.

– А ты лицезрела Эйфелеву башню? Она ночкой замечательная, не правда ли? Вся в огнях!

Ой, этого не хватало! Я знаю, что она в виде рачительной мамочки и все такое, но я желала прочесть записочку от Бога Любви. И я нежно произнесла:

– Мам, меня мало укачало на корабле. Я Неистовство в Лягутландии для тебя обо всем расскажу завтра с утра.

Она погладила по щеке Либби, а позже меня:

– Не вырастай очень стремительно, милая.

У нее в очах стояли слезы. Что творится с этими взрослыми? Все они время пилят тебя за то, что ты такая инфантильная, и требуют быстрее Неистовство в Лягутландии подрасти и т.д., а позже, когда вырастешь, начинается это сюсюканье. Когда она ушла, я порвала конверт.

Дорогая Джоджия!

с возвращением, царица поцелуев! Я с нетерпением жду встречи с тобой. Я задумывался о для тебя весь уикенд и желал сказать для тебя, что мне в для тебя нравится все-все. Твой потрясающий Неистовство в Лягутландии рот. То, как ты говоришь «до свидания» и как ты говоришь: «Я с смехом отъезжаю на резвом верблюде». Увидимся во вторник.

С любовью, Робби.

Уф! Я положила письмо под подушку. 1-ое в моей жизни любовное письмо.

13.00 Ну, если не считать то, что прислал мне Марк Большая Неистовство в Лягутландии Варежка. Оно смотрелось так, будто бы он накорябал его палкой!

О-ох! Как это грустно.

Все таки Робби возвратится во вторник. Я пока могу отвлечься – потренироваться в поцелуях – для разминки.

13.05 Дейв Смехотура прислал мне очень милое письмо, когда Линдси Зануда нарочно стукнула меня по лодыжке хоккейной клюшкой. Вообщем, то, что Неистовство в Лягутландии на прощание я говорю: «Я с смехом отъезжаю на резвом верблюде» – это благодаря ему. И «мерсок сознет»…

13.10 И называю туалет «салоном горшков»…

Галлактический горн

Вторник, 25 января

Я вскочила, как напуганная уховертка, в 8.15 утра, благодаря Либби, которая трубила в собственный новый горн у меня над ухом. Какой кретин ей его купил Неистовство в Лягутландии? Разумеется папа.

В школе

Этим с утра я гордо шла в школу в собственном берете (не в большущем, так как не желала первым долгом заработать замечание). Я надела берет на французский лад, набекрень. Когда я увидела Хитон Ястребиный Глаз, я произнесла: «Bonjour, Madame! I'aime[75] очень ваш наряд!»

– Иди-ка Неистовство в Лягутландии в рекреацию и постарайся хоть сейчас вести себя по-нормальному. Мило, не правда ли? Стараешься внести некую долю юморизма и красотизма в кислый мир – и вот она, благодарность!

Проходя мимо элвисовой конуры, я ткнула локтем Джас:

– У Элвиса – колокол. Как это несуразно!

У него снаружи на кабинке – колокольчик и над ним надпись Неистовство в Лягутландии: «Позвоните в колокольчик, чтоб вызвать сторожа».

Ха-ха-ха. Ха-ха-ха!

Собрание Спичка сейчас с утра – в хорошей студнеобразной форме, в собственном стильном слоновьем платьице. Мы все еще под впечатлением la belle France, говорим друг дружке «Воn-jour», нередко киваем головой, то и дело, пожимая Неистовство в Лягутландии плечами.

Спичка скомандовала:

– Немедля умолкнуть! И перестаньте раскачиваться, как глуповатые гусыни! Я вынуждена огласить вам нечто суровое. Я с сожалением сообщаю, что репутации школы нанесен суровый вред. Девченки из нашей школы были вовлечены в преступное деяние. И я хочет наказать их жесточайшим образом!

Все в козырной тусе переглянулись. Во Неистовство в Лягутландии имя всех парижских мимов, что мы еще наделали?! Неуж-то мадам Слэк поведала про нотрдамский инцидент? Либо про облом с французским флагом?

Хитон Ястребиный Глаз сверкала на нас очами, а мы переминались с ноги на ногу. Спичка продолжала:

– Две ученицы были арестованы за кражу в магазине. Им будут предъявлены Неистовство в Лягутландии обвинения.

Все мы выдохнули: «Й-ес!» (про себя.) Наконец завершилось королевство террора Близняшек-бумер! Й-ес!

Но позже мы увидели, что Бумер, стоящие напротив нас, были, как обычно, прыщавые и биксоватые… и безмятежные!

Спичка продолжала:

– Эти две ученицы – Моника Диккенс и Памела Грин. На нынешний момент они исключены из школы Неистовство в Лягутландии. Я убеждена, что это послужит предостережением хоть какой школьнице, думающей, что грех не тянет за собой последствий!

Мы были все поражены этой новостью! Я всех спрашивала:

– Тошнотная П. Грин и Моника Диккенс? Кража в магазине?

Джулз произнесла:

– Тошнотная П. Грин собственный нос чуть лицезреет! Воровка из нее – плохая. Памеле Неистовство в Лягутландии пришлось бы просить продавщицу показать ей вещи.

Она права. Удивительно было мыслить, что за этими большими очками скрывалась реальная бандитка.

Я произнесла:

– А Моника? Она один раз на танцы в школу пришла в носках до лодыжки. Воровки такие не носят!

Большая перемена

Мы все сгрудились за спортивным залом, обсуждая скандальное происшествие. Рози Неистовство в Лягутландии произнесла:

– Мне не верится, что Тошнотная П. Грин по сути прогуливалась красть в банде с Моникой Диккенс.

Я добавила:

– Помните, как в прошедшем семестре Моника призналась Стэмп, что не приняла душ после игры? А никто не увидел, умывалась она либо нет. Даже мисс Стэмп не увидела. По Неистовство в Лягутландии сути, не факт, что она увидела, участвовала ли Моника в игре. Так преступницы не поступают. Это поступок умопомрачительно застенчивого человека. Какой она и является.

Джас протянула:

– Я всегда к ним не очень отлично относилась, а сейчас жалею об этом. Может быть, навестим их в кутузке, отнесем им вещи… Понимаете Неистовство в Лягутландии, теплые, вязаные и т. д. И еще апельсины.

Я сделала возражение:

– Джас, они не попадут в кутузку.

Джас продолжала:

– Спичка произнесла, что их исключили из школы и т. д.

– Джас, можно я кое-что скажу?

– Что?

– Заткнись!

– Но я…

– Так не затыкаются. Джас, это именуется «продолжать болтать чепуху».

– Но Неистовство в Лягутландии…

Мы могли это продолжать целую вечность, но из-за угла показались Близняшки-бумер. Джеки Бумер гаркнула:

– Брысь, мелюзга! У нас перекур, а вы сидите на нашей пепельнице.

Джулз (храбро, но тупо) сделала возражение:

– Это общая земля, а не…

Элисон подпрыгнула и схватила ее за волосы:

– Вы – на нашей Неистовство в Лягутландии пепельнице, почему бы вам из нее не вытряхнуться?

Мы ворчали и стонали, собирая свои вещи. Я их терпеть не могу, терпеть не могу. Когда Близняшки зажгли свои сигареты, Джеки произнесла:

– Не правда ли, грустно, что в школе завелся криминальный элемент?

В приступе глупостности я заявила:

– Так почему бы вам ее не покинуть Неистовство в Лягутландии? На что Джеки ответила:

– Осторожнее, носатая. Беспощадная стычка бывает противной.

Позже она стряхнула пепел мне на голову и ухмыльнулась:

– Вот для тебя!

Мне пришлось отмывать волосы в туалете мылом, позже сушить их, засунув голову под сушку для рук. К счастью, мой дежурный гель для волос был при мне Неистовство в Лягутландии. По другому я бы смотрелась как печальный клоун.

Матика

Дивно, когда в первом ряду не маячит голова Тошнотной П. Грин. «Мне ее недостает, – произнесла Рози. – Стрелять эластичной лентой, когда нет мишени – совершенно не тот кайф». Она – сама доброта!

Все равно, не могу больше растрачивать время на то, чтоб Неистовство в Лягутландии мыслить о других. Осталось всего два часа доскорого свидания с Богом Любви. После матики – две биологии. Если мне не придется делать чего-нибудть мерзкое с флорой и фауной местных прудов, я как раз успею привести в порядок ногти, нанести базу и, может быть, выкрасить реснички – если спрячусь на задней парте.

Биология

Я Неистовство в Лягутландии выдумала прикольную фразу, как раз в тему для биологии. Я написала собственной тусе записку:

«Спазм челюсти значит невозможность отвечать урок».

Девчонки скосили глаза к носу – наш именитый символ одобрения.

И еще у меня появилась миленькая лохматая подруга (но не Джас). Это маринованная полевка. В био кабинете огромное количество всяких Неистовство в Лягутландии маринованных гадостей, расставленных в банках по остекленным шкафам. Но мышка даже очень миленькая, лапки у нее подняты ввысь: она ими будто бы мне машет.

Я машу ей в ответ. Назову-ка ее Полли.

Окончание уроков

В туалете

Очень волнующе. Когда я красила реснички, у меня дрожали руки. Я чуть ли Неистовство в Лягутландии не сделала «сексуальные тени» в пол-лица, очень непрезентабельные. Я принудила Джас подождать меня, чтоб совместно идти к воротам. Я спросила:

– Джаси Штан, чем ты будешь заниматься сейчас вечерком?

Она посиживала на раковине, разглядывая в зеркало собственный профиль.

– У меня щеки очень красивые, правда?

– Джас, у тебя замечательные Неистовство в Лягутландии щеки! По одной с каждой стороны от носа. Лучше быть не может!

Она помыслила, что я правда так считаю.

– Том работает над своим проектом по ирригации, а я буду делать домашку по германскому. Ее пора сдавать. Для тебя тоже нужно ее сделать. У герра Камьера приключится нервоспас, если ты не приготовишься Неистовство в Лягутландии.

– Джас, как я гласила много-много раз… никогда не откладывай на завтрашний день то, что можно вообщем не делать!

– Джас все еще любовалась своими щеками.

– Ну, говорить-то это просто, а ах так ты будешь себя ощущать, когда поедешь в Германию и не сможешь там объясниться?

– Я Неистовство в Лягутландии не собираюсь в Германию.

– А вдруг поедешь?

– Нет, не поеду!

Это ее на минутку заткнуло.

– А если б для тебя пришлось?

– Для чего это? Я не люблю квашеную капусту.

– А вдруг Роби поедет туда на гастроли? Ты почувствуешь себя как dumschnitzel[76].

Вообще-то она права…

16.20

Мы пошли через двор к Неистовство в Лягутландии воротам. Я принудила Джас заградить меня, на случай если вблизи окажутся оберфюреры, которые могли бы увидеть, что я накрашена. После варианта с кражей в магазине все учителя и подхалимки – настороже. Мисс Стэмп даже выслала Мелани Гриффите с урока, так как у нее на спортивных брюках не было нашивки Неистовство в Лягутландии с именованием. Я совсем-совсем не желаю воображать, каким образом она это нашла.

Рози, Джулз и Эллен не нарочно задержались около конуры мистера Этвуда. Так что мы все случаем повстречались. Робби стоял, прислонясь к воротам. Уф! Я ощутила его секс-божественные флюиды, находясь около колокольчика для вызова охранника. Но позже я Неистовство в Лягутландии увидела, что он не один, а говорит с Томом, Дейвом и Ролло. Эллен, Джас и Джулз чуть ли не попадали от неожиданности. Они были не накрашены. И еще Эллен по ошибке надела берет, так как поленилась засунуть его в ранец. Катастрофа! Катастрофа!

Эллен сорвала с себя берет и забормотала:

– Ой Неистовство в Лягутландии-ой-ой! Что все-таки мне делать?

В конце концов, мы с Рози образовали нечто вроде оборонительного заграждения и как могли им закатать юбки. Нам с Рози пришлось притворяться, как будто мы меняемся кними. Я кокетливо смеялась, и Рози тоже будто бы бы не замечала, что у Неистовство в Лягутландии нас за спиной парня. Джас, чья голова была в районе МОИХ щиколоток, шепнула:

– Что они делают? Они нас лицезреют либо просто говорят?

Рози напомнила:

– Через минутку нам придется сделать вид, что мы их только-только увидели. Вы готовы?

Тогда мы все втроем подскочили, как попрыгунчики, и пошли к воротам в состоянии Неистовство в Лягутландии небрежности (губного блеска). Робби смотрелся классно! Он улыбнулся мне собственной чарующей ухмылкой, отбросил волосы вспять и произнес:

– Привет!

Я пребывала в Равнине трепета. Когда мы с ним наедине, я и то волнуюсь. Но сейчас в присутствии юношей и в особенности при Дейве я перевоплотился в герра Камьера Неистовство в Лягутландии в юбке (т. е. в ересь).

Но Эллен разволновалась еще более меня. Она так распрыгалась, что казалось, вот-вот запляшет. Том терся носом об щеки Джас, а она вся была красноватая, улыбчивая и застенчивая. Как это мужчины обходятся без судорог? Они все казались совсем хладнокровными. Я увидела (хотя мне было Неистовство в Лягутландии все равно), что Дейв произнес Эллен: «Привет!» и чмокнул в щеку (носом в нее тыкаться не стал). По сути, он посмотрел на меня. Его взор означал вроде бы: «Привет, краснопопая кокетка, опять повстречались!».

Моя спальня

21.00

Я чудесно провела время, гуляя с Богом Любви! Я придумывала, как будто мне Неистовство в Лягутландии необходимо было приобрести то одно, то другое (повод входить в магазины, чтоб нас лицезрели совместно). Я помахала рукою куче людей – даже тем, кого не очень отлично знала. Я даже помахала рукою Мистеру Дом-Напротив, который выползал из зоомагазина, пошатываясь под двухтонным бременем кошачьего туалетного наполнителя. От удивления у него чуть ли Неистовство в Лягутландии не отвалилась попка.

Робби произнес: «Заканчиваем шопинг, матерь время для поцелуев». Мы шли и лобзались. У меня по сути утомились губки. Их, может быть, придется сейчас пораньше уложить спать.

12 ночи

Любопытно, может быть, Джас сейчас права? Может быть, Тошнотная П. Грин реально попадет в кутузку для хулиганок: станет заключенной Неистовство в Лягутландии, и ее каждый денек будут истязать садисты. Как в школе!

Заткнись, мозг! Я очень люблю людей. Фактически как мама Тереза.

Среда, 26 января

Школа По дороге в кабинет искусств мы быстренько провели «Давайте устроим дискотеку» в коридоре, пока не натолкнулись на маму Тошнотной П. Грин. Она направлялась к кабинету Спички со слезами Неистовство в Лягутландии на очах. Дерьмо!

Большая перемена

Я прячусь в раздевалке у спортивного зала. Она полна хоккейных клюшек, но в ней, по последней мере, не минус пятнадцать, как на улице!


neft-gaz-i-osnovnie-produkti-ih-pererabotki-doklad.html
neft-i-gaz-v-amurskoj-oblasti.html
neft-proishozhdenie-sostav-metodi-i-sposobi-pererabotki-referat.html